Пишу тебе, моя любовь…

Из журнала Psychologies (июнь 2011) с. 88:

Свое признание я начну со слова «прощай». Потому что опоздал на пять лет и не имею права сказать тебе «здравствуй». Тем более что еще не знаю, твоя ли тень видна за окном, за тонкой шторой, и кому принадлежит склоненный к ней мужской профиль. Я сделал все как тогда: заказал в отеле номер 32 на пятом этаже, зная, что именно он выходит прямо на окна твоей квартиры. Короткая марсельская улочка так узка, что с моего балкончика можно при желании дотянуться кончиком мужского зонта до ажурной ограды знакомой лоджии, где мы когда-то стояли обнявшись в тишине теплой французской ночи, полной звезд и аромата горячей пекарни… Под утро там, в полуподвале, начинали выпекать хлеб. А потом приезжал уютный пикап, куда – шумно – загружали бумажные мешки с горячими багетами. И сну наступал конец.

Мне казалось, что я всего лишь в путах дорожного приключения, что случайная встреча в проливной дождь и мой зонтик, который я раскрыл любезно над мокрой черной головкой и твоим промокшим рыжим щенком на руках, а затем бег с незнакомкой в одну и ту же сторону – я к отелю, а ты к дому напротив отеля – утром забудется, как веселое и страстное приключение, что твои слезы неделей позже в аэропорту – не более чем дань ритуалу прощания. Я не поверил твоему горячему шепоту: «Это серьезно», мне показалась смешной еще одна южная история про даму с собачкой, но… но почему же тогда спустя столько лет я прячусь в складках тяжелой гардины и жду, когда отпрянет легкая штора на заветном окне и я смогу убедиться, что – это ты? И вот штора отдернута, дверь на балкон открыта, на лоджию стремглав выбегает лохматая собака, а за ней черноголовая девочка в белой ночной рубашке, а за ними спешат твои руки, твое озабоченное лицо, и через минуту лоджия снова пуста, свет в твоей спальне гаснет, зато загорается розовым светом матовое стекло ванной комнаты, расписанное голубыми ирисами… Больше смотреть и подглядывать нет мочи.

Р.S. Я оставлю это письмо на столике у окна, пусть утром его выбросит в корзину для мусора горничная, когда начнет убирать номер после уехавшего клиента. Она не читает по-русски. Как и ты.

АНАТОЛИЙ КОРОЛЕВ, прозаик и драматург, автор шестнадцати повестей и романов и более пятисот эссе, лауреат четырех литературных премий. Его последняя книга – «Stop, коса!» (Гелеос, 2008).

Реклама

А что ты думаешь по этому поводу?

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: